Представьте турагента, описывающего вам прелести отпуска на целый месяц: номер будет с комарами или мухами, кондиционер не предусмотрен, постельного белья не будет, от моря далеко, из видов — только закат над полем и дорогой! А к нам в Крестный ход потерпеть неудобства приезжают из Москвы и Сибири. Сибирячка Антонина говорит: «Учитесь не ругать даже погоду, пусть входит в привычку».
«Если у человека есть вера, он понимает, что столетие назад произошла катастрофа. Всё случившееся потом — все наши беды, скорби — "по грехам"». Так объясняет мне смысл «экспедиции» — «идти и каяться за весь род человеческий» — восьмидесятипятилетняя бабушка Римма. Она уже не крестоходит, но на службах мы видимся каждый день. Причащающимся малышам баб Римма кланяется в пояс. Вот так, поклоном, принявшего Святые Дары встречают все крестоходцы.
«Есть ощущение, что все мы одна семья», — вчера сказала Наташа, венчавшаяся на семейное царство. Крестоходцы подарили молодым «квартиру» — трёхместную палатку. «Ну, точно, как по заказу: наша совсем прохудилась, на этот сезон взяли у друзей», — благодарит виновница торжества.
Нынешняя крестоходная жара — компенсация прошлогоднего холодного лета. В прошлом году впервые самый длинный переход из Корнеевки разделили на два дня. Из маршрута выпал населённый пункт Малоперекопное, потому что организовать водную переправу было затруднительно.
Сегодня Крестный ход дошёл до Каменки. Об этом селе непременно хочется сказать с восхищением. В этом году Каменка отметила 255-летие. Село было разбито, заброшено, как и многие населённые пункты в заволжской глубинке. Но руководители крестьянско-фермерского хозяйства на этой земле преобразили не только поля, ближайшие фермы, но и подарили молодёжи спортклуб, хоккейную коробку, лыжную трассу, детям — детскую площадку с беседкой и фонтанчиком, новую столовую. Ещё и новый храм построили. Возможно, предопределено было изменение маршрута с заходом в Каменку. Крестные ходы нужны, по словам Симеона Солунского, «чтобы обитаемые грады и веси, и вся страна соделались причастными Божественной благодати, отвергнув от себя всё губительное и тлетворное».
Водворяется лагерь на новом месте, и как будто наблюдаешь «переселение муравейника». Чётко все знают свои обязанности: крестоходцу остаётся только идти и идти, по прибытию поставить палатку, успеть на вечерней постоять, искупаться, если получится, постирать. Вот хозяйственники наши, освободившие Крестный ход от «добывания хлеба насущного», порой сами не имеют ни минутки свободной, чтобы постирать портки.
«Господь пасёт мя и ничтоже мя лишит» (Пс. 22:1). Что означает: Господь знает своих, ведёт их как поводырь слепых, и они ни в чём не знают нужды. Каждый раз, встречая или провожая Крестный ход (когда не идёшь фактически!) сильно сожалеешь, что сегодня ты не в числе этих счастливейших людей. Трудно передать дух многодневных Крестных ходов тем, кто в них никогда не участвовал. Кто ходил, тот уже хочет жить этим духом всегда.
Наши, проходя Рукополь, Каменку, радуются «островкам» православия, где люди, не обученные странноприимству, всё равно отзывчивы, следуют примеру других. Встают под икону царственных мучеников на колени. Кто-то протянул тебе котомку с солёными огурчиками и связкой укропа, и уже в другой раз сельчане выкатывают банки компота из погреба, протягивают ведёрко вишен и слив. Странноприимство в чести у Господа. К своим — друзьям, родственникам — мы гостеприимны всегда. А вот обогреть, накормить чужого, странного — значит, сделать это для Бога, не для себя.
Закончилась вечерняя служба в новом просторном сельском храме. Стоянка разбита неподалёку. Завтра до Свято-Никольского женского монастыря крестоходцам идти 15 километров. От крестоходного поста, от пути и ежедневного Причастия все преображаются до неузнаваемости: становятся лёгкими, словно окрыляются, с бодрым духом молятся, на лицах благая радость.
Наталья Музафарова
{gallery}13.07.18_hod:::0:0{/gallery}
